Menu
RSS
Реклама вести на главной

Мы в социальных сетях:

TwitterFacebookYoutubeInstagram

«Я убил семь волков, но не убивал барсов и ланей» (видео)

  • Прочитано 1864 раз

Недавно 9 нарынских маралов обрели новый дом в Джалал-Абадских горах. Руководитель проекта по их переселению рассказал о том, как нелегко было к этому прийти

Недавно отечественные СМИ писали о кампании по переселению группы диких маралов из Нарынской области в Джалал-Абадскую. Проект «Реинтродукция маралов в регионы Кыргызстана» финансировали Фонд Леонардо Ди Каприо по защите дикой природы и Фонд Кристенсена.

О том, с какими трудностями пришлось столкнуться при его реализации и что ждет кыргызстанских маралов в будущем, Vesti.kg рассказал автор идеи и отечественный руководитель кампании – глава общественной организации «Жаамат» Гамал Соронкулов.

Дело жизни

- За всю свою жизнь я не убил ни единого козерога, хоть мои друзья и увлекались охотой, - начал он. – И это, пожалуй, было самой частой причиной наших ссор. Когда я сделал защиту природы своей профессией? Момент истины наступил в историческое время – в 2005 году.

Будучи уроженцем Таласа, тогда Гамал Сооронкулов волей судьбы оказался в гуще революционных событий в Джалал-Абадской области. Возглавив штаб Жусупа Бакиева, он стал командиром народного ополчения.

Когда «труба революции» поутихла, пришло время искать себе мирное дело. Уроженец Таласа вместе с друзьями создал координационный совет участников «мартовских событий», одной из задач которого была борьба с охотниками за ореховым капом – драгоценной породой дерева, привлекающей в Арсланбоб сотни, а то и тысячи браконьеров.

- И буквально через год я поймал с поличным начальника управления Госагентства охраны окружающей среды и лесного хозяйства, - поведал он. - Немножко нарушил закон, пришел к нему в кабинет с двумя друзьями, применил рукоприкладство. Тогда опечатали целое управление, а через 3 дня Бакиевы предложили мне самому занять освободившуюся должность.

Ее Сооронкулов занимал два года, посвятив себя борьбе с капщиками и незаконными золотодобытчиками на Чаткале. Готовил соглашение с санкт-петербургским вузом по разработке астанита, которое могло бы в будущем привести к образованию градообразующего предприятия. Но новая революция 2010 года опять спутала все планы.

- Как-то я с экологами поймал браконьера, который застрелил медведя, - рассказал он. – На следующий день приехала местная братва, вызвали на разборки. Я знал, что будет провокация, поэтому пошел один. Среди них был аким района… В общем, меня избили. Потом я сообщил прокурору, но позже узнал, что аким в итоге отдал медведя и ружье браконьерам, да еще и барана подарил. Этим все и кончилось. Это было мое поражение – государство выстелилось перед бандитами.

Рождение «Жаамата»

Сооронкулов понял, что должен сам делать что-нибудь серьезное для охраны окружающей среды. Так в Таласе появилась общественная организация «Жаамат», позже открывшая подразделения в Чаткале, Аксы, Кара-Кульдже. В нее вошли друзья мужчины – сами бывшие охотники и браконьеры.

- Иначе нельзя, - уверен он. – Это работает только так, потому что понять мой замысел должны были именно они – спортсмены, айыльские парни. Полтора года мы с ними выравнивали отношения, и мне это удалось.


«Я тогда организовал акцию «Кожожаш». Представители «Жаамата» Западного Тянь-Шаня, сотрудники департамента лесного хозяйства, мы поднялись к скале Кожожаша, зарезали барана и совершили бата. Мы дали другу другу обет. Я называю это «покаяние потомков белого барса».


Гамал Сооронкулов рассказал о своей идее по переселению маралов в Джалал-Абадскую область на тренингах по охране окружающей среды, проводимых ОБСЕ в 2015 году. Его поддержали, и «Жаамат» начал жить.

Первым проектом организации стала защита козерогов и пихты от уничтожения в Западном Тянь-Шане. Он оказался успешным благодаря старой стратегии – Сооронкулову удалось привлечь к работе и егерей, и местных жителей, которые теперь следили друг за другом.

«Я не убивал барсов и ланей»

А на реализацию главного детища «Жаамата» - «Реинтродукцию маралов в регионы Кыргызстана» - Фонд Леонардо Ди Каприо по защите дикой природы и Фонд Кристенсена выделили 30 тыс. долларов.

- Почему я выбрал именно маралов? – рассуждает таласец. – На могильных камнях наших предков встречается надпись: «Я убил 7 волков, я не убивал барсов и ланей». Так они оповещали духов, что не убивали священных животных. Еще тогда это считалось злым делом.

Кроме того, есть свидетельства, что еще 100 лет назад в моем родном селе в Таласской области убивали по 7-9 голов в день. Показательно, что когда-то оно называлось Уюр Марал («Стадо маралов»), после его стали называть Ур Марал («Бей маралов»). Таким образом, мы решили отдать долги наших предков.

Существуют ведь и народные сказания. В Джалал-Абаде рассказывают, как однажды зимой женщина, отправляясь по узкой тропинке в снегу за водой, встретила обессилевшего марала. Ей свернуть некуда, ему некуда. Тогда она схватила его за рога, повалила на землю, позвала на помощь мужчин. Да и кости маралов там есть, значит, жили они там, куда я их везу.

Однако реализация проекта затянулась больше чем на 2,5 года. Виной тому, по словам Сооронкулова, были бюрократические препоны со стороны Госагентства охраны окружающей среды и лесного хозяйства. Много раз он был готов закрыть проект, но всякий раз руководство агентства уверяло его в том, что проблем больше не возникнет. Мужчина признается, что, если бы не энтузиазм его друзей – тех самых бывших браконьеров – дело не удалось бы довести до конца.

И наконец, 9 маралов перевезли из Нарынского заповедника в ущелье Сары-Челек, то есть в Авлетинское лесное в Аксыйском районе Джалал-Абадской области. 5 самцов и 4 самочки. Вообще-то хотели привезти 14, но не удалось.

- Там для них шикарные условия, - радуется Сооронкулов. – Травы много, зима мягче. Мне говорили, что больше половины живыми не увезу так далеко. Но вот – все живехоньки и здоровы. На следующий год, буюрса, будет как минимум один мараленок. Летом маралам бояться нечего, а зимой мы будем за ними приглядывать – чтобы рыси и волки не съели детенышей.

Кто тут скотина?

Впрочем, без приключений при перевозке все равно не обошлось. В последнюю ночь грузовик шел без остановок – маралов боялись перегреть. Когда коневозка с томящимися от жары животными была близка к цели, дорогу неподалеку от Таш-Кумыра перегородил опрокинувшийся газовоз и огромная пробка.

- Чуть позже проход открыли для легковых машин, и я говорю: пропустите меня, у меня маралы! – рассказал Сооронкулов. – Прямо общее собрание пришлось там провести. Один парень влез, говорит, что это всего лишь «скот». На него все накинулись: сам ты скот. Пропустили нас. И не поверите: 6 часов по жаре ехали, а тут пошел дождь. Как знак свыше.

Проект по реинтродукции маралов интересен также тем, что это, наверное, первый проект в истории Кыргызстана, грант на реализацию которого потратили не полностью.

- Мне выделили 30 тыс. долларов, я использовал только 17 тыс., - отметил Сооронкулов. – Собираюсь написать нашим инвесторам официальное письмо об этом. Может, нам их оставят на другие проекты, но сейчас деньги лежат в банке нетронутые.

А дальше будет жизнь

В дальнейших планах главы «Жаамат» - заняться расселением маралов по другим областям Кыргызстана. В предварительном списке есть Кара-Кульджа, Чаткал, Аксы, Кетмен-Тюбе, Ош и Баткен, и конечно же Талас – родное село Сооронкулова Уюр Марал.

- Не дай бог, браконьеры, хищники, лавина, особо тяжелая зима… Мы ведь можем потерять популяцию маралов! – говорит он. - В созданном в 1988 году Нарынском заповеднике около 300 голов, на Иссык-Куле видели около 20, в Чон-Кемине 37. Но для территории нашей страны это катастрофически мало. Они должны бродить тысячами, чтобы разрешить убить хоть одного на охоте. А до этого нам очень далеко.

А из желающих работать в «Жаамате» уже образуются очереди. Однако по словам главы организации, в каждом подразделении трудится в среднем 21 человек, но постоянно активны – не более 5-6.

Cейчас Сооронкулов намерен договориться в ГАООСиЛХ о совместной охране охотничьих угодий. По его словам, в среднем по Кыргызстану на одного егеря приходится 70 тыс. га – проследить за такой территорией невозможно.

В 2016 году сотрудники «Жаамата» вместе с коллегами из «Чегетей Тоо» занялись расстановкой фотоловушек в Таласский области. Удалось запечатлеть волков, уларов, козерогов, а в 2018 году в этом регионе впервые засняли барса.

- Когда пошли менять фотоловушки, заметили, как на одном из камней барс ест козерога, - поделился Сооронкулов. – Догадались поставить и там. Оказалось, не зря – он вернулся на то же место, и мы получили такое фото. В СМИ был ажиотаж.

Мужчине удалось договориться о совместной охране с несколькими горнодобывающими компаниями, проводящими разработку на территории, прилежащей к ареалу обитания краснокнижных животных. По его словам, две из них уже перечислили в фонд «Жаамат» по 50 тыс. сомов, одна – 70 тыс. сомов.

- Когда есть возможность заливать бензин, отправлять людей на лошадях, обеспечивать их питанием, тогда работа идет, - поделился Сооронкулов. – Когда финансов нет, энтузиазм угасает. Но к охоте эти люди уже не вернутся. Это мы уже прошли.

Напомним, 24 июня 2018 года 9 маралов перевезли из Нарынской области в Аксыйский район Джалал-Абадской области.

Ольга Федорчук
Фото www
Видео Vesti.kg

Комментарии  

# Анна 24.07.2018 22:11
Ну хоть кто - то беспокоиться о собственной стране.Спасибо ему большое.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
Добавить комментарий


Наверх