Menu
RSS

Мы в социальных сетях:

TwitterFacebookYoutubeInstagram

Бишкекский трансгендер рассказал, как его изнасиловали в 5 классе

  • Прочитано 19140 раз

«Лола» поведала о том, как стала проституткой и столкнулась с милицейским беспределом

В Кыргызстане, как и во многих других странах, нередко встречаются истории о том, как представители ЛГБТ подвергаются моральному, а порой и вполне физическому насилию.

Отечественным геям, лесбиянкам и трансгендерам приходится нести свою тяжелую ношу, стойко переносить все тяготы и «мужественно» терпеть давление со стороны далекого от толерантности общества.

О трудностях в Кыргызстане, тяжелом прошлом и личной драме весьма откровенно поведала в соцсетях трансгендер Лола - девушка, которая родилась мужчиной.

Лола, по ее собственному признанию, осознала, что является девочкой, еще в детстве. В школе ее притесняли не только дети, но и учителя.

(орфография и пунктуация сохранены - прим.ред.)

«Я родилась в городе Бишкек. С детства я понимала, что хочу быть девочкой. С 5 лет начала носить платье, играла только с девочками, а во 2-ом классе я влюбилась в мальчика. Я мечтала о нем и, чтобы обратить его внимание, я стала смелее показывать, что я на самом деле девочка. Но, увы, этот мальчик любил другую девчонку, и мне было очень больно оттого, как он говорил о ней. Я не могла сказать ему о своих чувствах, я только мечтала о нем.

В 3 классе со мной начали происходить ужасы. С первых дней меня невзлюбили в школе, меня обзывали, травили. Бывали дни, когда меня избивали и не пускали в круг общения. Учителя взяли за привычку ругать меня перед классом, что я, будучи мужчиной, веду себя как девчонка. Я не могла с этим ничего поделать, никому не могла рассказать, поскольку ни друзей, ни подруг не было. Мать тревожить не хотелось, поскольку она часто попадала в больницу, ее несколько раз оперировали.
Дома, бывало, и без хлеба жили, не говоря уже о том, чтобы покупать одежду. Учителя требовали за ремонт, книги, праздники, а у меня денег не было, за что преподаватели упрекали и занижали оценки. В связи с таким материальным положением я не посещала школьные праздники. Помню, как однажды на Новый год все были в костюмах снежинок, а я в порванных бутсах была. Все получили подарки, а я смотрела на одноклассников и ждала от Деда Мороза подарок, пока классная руководительница не сообщила, что раз моя мама не сдавала за подарок, то мне его не видать. Мне было так обидно: вокруг меня одноклассники поедали конфеты и дразнили меня. После этого я не ходила ни на какие праздники. Удивительно, но у меня даже фотографии с одноклассниками нет. Я не могла сказать маме, чтобы она перевела меня в другую школу. Я видела, что со здоровьем у нее плохо, и не хотела тревожить ее, поэтому терпела все обиды, в одиночестве выплакивала все. Было очень тяжело от издевательств».
 
Лола также нашла смелость поделиться жутким воспоминанием о том, как ее изнасиловал взрослый мужчина, когда она была еще подростком.

«А в пятом классе произошел чудовищный случай, я никогда не забуду этот день. Из школы я пыталась пораньше уходить домой, чтобы меня никто не видел и не дразнил. У нас в районе был строящийся жилой массив. По дороге из школы меня встретил один мужчина. Я его знала, но от него такой выходки не ожидала. Он затащил меня в недостроенный дом. Я кричала и сопротивлялась. Я не понимала, что происходит, он начал меня душить, бил по животу, затем повалил меня. Я не помню, как он снял с меня штаны, трусы. Когда он душил меня, я теряла сознание. Помню боль от ударов по голове. Он приподнял штаны, сказал на кыргызском, что я веду себя как девчонка. У меня все кровоточило. Когда он ушел, я забилась в угол и плакала. Я не знала, как пойти домой и что сказать родителям. Я не знаю, сколько просидела, потом поняла, что надо домой. Я подняла штаны, отряхнулась, еле как дошла до дома. С каждым шагом мне было очень больно. К счастью, дома никого не было, я умылась в холодной воде, постирала всю одежду. Я боялась признаться, потому что меня бы били вечером. Но у меня были страшные кровотечения, о чем я сказала маме, но не о самом изнасиловании. Мама решила, что у меня геморрой, она даже не догадывалась. Я больше не ходила по той дороге, а разрыв пришлось два раза оперировать».

Отчим бил кулаками по лицу пока она спала

«Помимо того, что одноклассники и учителя меня сторонились, дома тоже была атмосфера ненависти и неприятия. Я жила с мамой и отчимом. Он всегда хотел меня куда-то сплыть, постоянно наговаривал матери на меня, и мама часто очень сильно била меня. Отчим поднимал на мать руку, мама частенько ходила в синяках. Однажды он вернулся пьяным. Это странно, когда ты спишь и тебя бьют кулаком по лицу, я не понимала, что происходит. Я услышала мамин голос «Беги!» Мама на него набросилась, а я босиком и в трусиках зимой выбежала на улицу и спряталась за домом в сарае. Мне было ужасно холодно и страшно, отчим меня искал и кричал, что убьет меня. Я не помню, сколько я просидела на сырой земле в сарае. Из дома еще долго доносились крики. Мне тогда было 12 лет. После этой ситуации мама развелась с отчимом. Я была очень рада этому: он не работал, был всегда дома, а мама торговала на базаре».

Оскорбления и издевательства продолжились и в колледже
 
«Я окончила школу, и мама уговорила меня поступить в колледж. В группе были одни пацаны, я оказалась самой умной. На первом курсе училась на «отлично», но на втором уже было не интересно. Там тоже начали обзывать и часто на меня поднимали руки, иногда пинали. Был один преподаватель, который мог откровенно хамить даже девушкам, как-то раз поднял на меня руку. Однажды в колледже на Новый год меня выбрали Снегурочкой. Мне было радостно, это было как некое признание того, что я девушка».

По словам Лолы, в Кыргызстане трансгендеру тяжело устроиться на работу.

«После колледжа я пыталась найти работу, но не могла: почти везде на меня косо смотрели и отказывали. Иногда брали на стажировку, заставляли все драить, говорили, что позвонят и так и не звонили. Так и проходили дни. Где-то брали в официантки, но находились недовольные клиенты. Был случай, когда клиент ушел, сказав, что не будет есть из рук пид….а.

...Потом я захотела поступить в университет и поступила. Окончила заочно факультет педагогики и чудом получила работу в колледже. Однако и там вскоре начали перекрывать кислород, заходить в мое пространство, осуждать меня, говорить, чтобы я не портила студентов своей ориентацией. Директор лично ничего не мог сказать, но в ход пускал коллег-единомышленников, которые начали допрашивать моих друзей-преподавателей и через них передавать свои осуждения в духе «так же нельзя». Оказывается, они заходили в мой аккаунт в «Одноклассниках», узнали мою подругу, которая когда-то попала на видео. Меня вынудили уйти с работы. Я ушла, даже не написав заявление».

Из-за отсутствия работы Лола стала проституткой

«В 2015 году я твердо для себя решила, что я начну переход. Я стала проходить комиссию, прошла психологический тест. С одной стороны мне было очень страшно. Я долго думала, как сложится моя жизнь, как меня будут воспринимать люди, как я буду вообще жить, и эти вопросы до сих пор стоят у меня ребром. Я очень много раз становилась жертвой агрессии. Однажды я ударила окно и повредила руку, у меня остался шрам. Это один из «горячих» моментов в моей жизни. С насилием и стрессовыми ситуациями я сталкиваюсь буквально каждый день. Мне некуда было идти и пришлось идти в секс-работницы».

Трансгендеры подвергаются насилию со стороны милиционеров  

«В этой сфере я тоже видела многое, в основном это угрозы со стороны органов. Они как клиенты звонили, приходили, затем вымогали у меня деньги, грозили, что посадят. Один раз в лицо мне сказали, что подставят меня, подкинут наркотики, и я ничем не смогу доказать. Приходилось терпеть их хамство, оскорбления, угрозы.

...Я писала заявления [в полицию], но ответов так и не получила – только ходишь в ГОМ или РОВД и слышишь насмешки. С постановлением даже ходила на судмедэспертизу. Один раз экспертка вообще отказалась меня принимать и перенаправила другой. Каждый день встречаться с разными клиентами это уже стресс, а тут еще органы.

Нас постоянно снимают на видео представители правопорядка. Словно клиенты приходят участковые, опера, вымогают деньги и грозят, что подставят, посадят, везут в ГОМ, иногда в ГУВД. Однажды меня хотели снять на фото и видео и разместить в базе данных потенциальных преступников и преступников, чтобы в случае чего меня по базе пробивать. Они постоянно отбирают у нас телефоны, документы. Сначала я не знала, что можно сопротивляться такому беспределу».

Стражи порядка заставляют секс-работниц «отмечаться»

«В последний раз меня унизил участковый моего района, он просто зашел домой с коллегой и младшим братом, начал материться, угрожал, что отправит меня на «курорт» в СИЗО, если я откажусь подставлять своих клиентов. Как можно подставлять своих клиентов, если я получаю от них деньги, на которые я выживаю? Я отказалась, сказала, что это не нормально. Тогда он попросил «отметку», мы отдавали по 2 000 сомов каждую неделю ментам, мы даем не только ментам, фактически везде и все у нас вымогают.

Были случаи, когда менты врывались с журналистами, которые снимают на камеру. Как-то раз одна журналистка написала, что ее избили. На самом деле она упала на пол, когда со следователем побежала за нами. Мне было смешно слушать в суде, что мы ее избили. Журналистка сказала, что не будет писать заявление на 5 моих подруг, если они дадут ей 250 000 сомов. Девушки не нашли такой суммы и 7 месяцев провели в СИЗО. Я отделалась 5 тысячами сомами».

Лола рассказала об инциденте с правоохранителями, который произошел в октябре текущего года. Видео конфликта вызвал широкий резонанс в обществе

«11 октября мы с подругой ехали в машине и нас остановил сотрудник ГАИ, вернее он появился неизвестно откуда, подрезал нас без мигалки и прочих спецсигналов. Мы чуть-чуть проехали, и перед нами появилась зеленая машина, мы не знали, что это менты, никто из них так и не представился. Я испугалась, думала, что сейчас что-нибудь подкинут, вроде наркотиков, или изобьют. Я не открывала дверь машины, немного приоткрыла окно и предложила дождаться приезда следователя и адвоката, но тут подъехали еще опера. Подъехавший следователь плевался, матерился и унижал. Они сломали дверь машины, спустив насильно стекло, скрутили меня, выкинули из машины. Два раза они в тот день вызывали телевидение. Второй раз вызывали журналистов с телеканалов, когда мы отказались давать по 1 000 сомов. Снимали нас сначала на свои телефоны, потом приехали с телевидения трое и тоже стали снимать на видео. У меня был шок, задевало и то, что следователь материл мою мать. Они ничего не могли сделать, просто повели в наркологию, потом отпустили, так и не представился никто из этих людей».

После публикации видео в соцсетях и СМИ трансгендер не выходила из дома, после чего ей пришлось переехать из-за необоснованных жалоб соседей. Девушку нередко посещают мысли о суициде

«Меня очень беспокоит будущее, как мне жить, где найти достойную работу, что со мной будет через 10 лет, если везде мне перекрывают кислород. В свои годы я не нажила себе на крышу над головой, не сделала карьеры. Я понимаю людей, которые накладывают на себя руки. Когда тебя со всех сторон притесняют, давят, не дают нормально жить, в голову приходит только одно желание – навсегда закрыть глаза, не видеть, не слышать людей, которые готовы тебя растоптать и растерзать».

Девушка-трансгендер рассказала свою историю в социальной сети Facebook в рамках акции «Не молчи», которая приурочена к Международному дню памяти трансгендеров, погибших насильственной смертью.

Манас Кольбаев
Фото www

Добавить комментарий


Наверх