Menu
RSS

Мы в социальных сетях:

TwitterFacebookYoutubeInstagramTelegram

Не так страшен Шох?...

Появление в таджикских анклавах людей полковника Искандарова, визит Бордюжи в Душанбе и Бишкек  сместили  акценты внимания на страны ЦА. Кто такой Шох Искандаров? Как отразится его появление  в конфликтной зоне?  Аналитик  Ассоциации приграничного сотрудничества РФ  Александр Собянин  утверждает, что это эффективный миротворец, за плечами которого  Академия  ФСБ, посредничество на переговорах в Баткенских  событиях. Поэтому, вброшенная информация о его  появлении крайне важна…

Ко всем проблемам,  возникшим у бывших советских республик в связи с обретением независимости, можно добавить один очень важный момент – границы. В частности, что касается нашей республики – необходимый процесс демилитации и демаркации спорных участков затянулся непростительно надолго,  что порождает серию конфликтов. 

Так, 11 января нынешнего  года близ села Ак-Сай,  что в Баткенской области (таджикский анклав Ворух),  произошла перестрелка между нашими и таджикскими пограничниками. О причинах конфликта сказано уже много. Мы же обратим внимание на следующую информацию – по заявлениям экспертов,  со ссылкой на собственные источники, в таджикских анклавах были замечены люди Шоха Искандарова, и это вызвало самые разные реакции. 

Кто такой Шох Искандаров? Как отразится появление его или его людей в конфликтной зоне?  Разобраться нам помог руководитель службы стратегического планирования Ассоциации приграничного сотрудничества, член Экспертного совета Центра стратегической конъюнктуры Александр Собянин.

По его мнению, люди Шоха Искандарова являются стабилизирующим фактором в ситуации вокруг анклава Ворух. 

- Начну с того, что полковник Мухаммадшох Амиршоевич Искандаров (Шох Искандаров) - один из самых опытных командиров пограничных войск Таджикистана, каковым он стал после Межтаджикского примирения в 1996-1997 гг. (до примирения Ш.Искандаров возглавлял крупный боевой отряд на границе с Киргизией в Джиргатальском районе Таджикистана, - прим. «Вести.kg»). Мухаммадшох Искандаров отлично образован - юридический факультет Таджикского госуниверситета и Академия Федеральной пограничной службы ФСБ РФ, занимается восточными единоборствами. В свою бытность командиром отряда в Объединенной таджикской оппозиции (ОТО),  он не только был самым сильным командиром в Джиргатальском районе, но и дружил с  известным противником президента Узбекистана Ислама Каримова,  лидером Исламского движения Узбекистана (ИДУ) - Джумой Намангани. Это важный момент, т.к. ИДУ был лишь по названию узбекским движением, но по своему боевому составу,  ИДУ был исламистским интернационалом, укомплектованным узбеками, татарами, таджиками, киргизами, и при Джуме Намангани была даже попытка переименовать ИДУ в Среднеазиатский исламский корпус. Когда в 2000-м году боевики ИДУ прорвались в Баткенскую область Киргизии (знаменитые "Баткенские события"), именно Искандаров выступил посредником на переговорах силовиков Киргизии и боевиков ИДУ об освобождении захваченных в заложники иностранцев.

Потому что у Искандарова был большой авторитет у сторонников ИДУ в Ошской, Баткенской и Джалал-Абадской областях Киргизии (и узбеков, и киргизов). Интернационалист по духу, он дружил с одним из самых влиятельных   предпринимателей Киргизии,  депутатом ЖК Байяманом Эркинбаевым, на тот момент  владельцем самого крупного во всей Ферганской долине Кара-Суйского базара (юридически -  это госпредприятие "Карасуу эл базары", по некоторым данным - спонсор "тюльпановой революции" 2005 года. Баяман Эркинбаев по кличке "Палван"/"Борец" был застрелен той же весной 2005 года  - прим. «Вести.kg»). 

Когда у президента Таджикистана  был самый опасный эпизод его   политической жизни - сепаратистский бунт узбека,  полковника Махмуда Худойбердыева в Согдийской области Таджикистана, и попытка "увести" самый развитый индустриально регион Таджикистана в Узбекистан, Искандаров возглавлял отряд моджахедов, воюя бок о бок с правительственными войсками против мятежных полковников Махмуда Худойбердыева и Сергея Зворыкина.

Неоднократно со своим отрядом противодействовал попыткам исламистских отрядов Мулло Абдулло прорваться в долину реки Кызылсу в киргизском Чон-Алае (река Вахш, где "работал" отряд Искандарова, выше по течению называется Сурхоб, а на территории Киргизии в Алайской долине – Кызылсу, - прим. «Вести.kg»). В 2007 году полковник Мухаммадшох Искандаров вышел в отставку, но полностью сохранил свое влияние в Каратегине и Матче.

Поэтому, если вброшенная информация о появлении людей Искандарова в таджикском анклаве Ворух на территории Киргизии правдива, то это однозначно крайне важная новость.

Но я бы хотел акцентировать внимание не только на боевых командирских и на политических интернационалистских качествах Искандарова, а на том, что все последние 17 лет Мухаммадшох Искандаров имел исключительное взаимопонимание и доверие действующих властей Таджикистана, высших офицеров Вооруженных сил, погранвойск и госбезопасности Таджикистана. Вообще,  три страны региона - Таджикистан, Узбекистан и Афганистан - регулярно показывают примеры тесного взаимодействия силовых структур государств с неформальными боевыми отрядами харизматичных региональных лидеров. Киргизия,  в этом смысле,  представляет исключение, которое я лично объясняю психологией: узбеки и таджики, афганцы - это местные среднеазиатские народы, а киргизы - восточносибирские тюрки, родственны алтайцам, хакасам и бурятам, восточносибирские тюрки - народы тенгрианской тюрко-монгольской культуры, а не среднеазиатской культуры Турана. Об этих психологических различиях убедительно рассказано в книге моих друзей,  профессоров Шарифа и Рустама Шукуровых "Центральная Азия (опыт истории духа)" (доступна на сайте ЦСК http://conjuncture.ru/book_shukurovs_2001/. - прим. ИА Вести.KG). Кто-то может объяснить  это другими причинами. Но факт того, что за 1991-2014 годы   в Киргизии такой смычки неформальных боевых отрядов со спецслужбами на некоей регулярной основе не произошло, несомненен. Поэтому категорически фатальной ошибкой было бы решение организовать в Баткенской и Ошской областях аналогичные "неформальные" отряды…

Почему же я не воспринимаю новость об Искандарове как негативную. Я уверен, что этот фактор, скорее, является стабилизирующим. Ведь Мухаммадшох Искандаров полностью лоялен к силовикам Таджикистана, по своему боевому и военно-дипломатическому опыту Мухаммадшох Искандаров эффективный миротворец. А сами силовики Таджикистана не только имеют исключительный,  по среднеазиатским меркам,  реальный боевой опыт, но также получают хорошую штабную и боевую подготовку в военных училищах и академиях России, Беларуси  и Казахстана. В тех же Академии ФСБ РФ и Академии погранвойск ФСБ РФ из стран СНГ больше всего учится курсантов из трех горных стран - Киргизии, Таджикистана и Армении.

Более того, мудрые белорусы приняли решение учить курсантов из Таджикистана в своих военных вузах бесплатно. Об этом в сентябре 2013 года заявлял заместитель председателя Палаты представителей Национального собрания Республики Беларусь  Виктор Гуминский. Это крайне позитивная новость для Таджикистана - ведь исторически Белорусская ССР "специализировалась" на подготовке диверсантов, специалистов по партизанским и контрпартизанским действиям. Из Минска вышли самый известный диверсант Советского Союза Илья Старинов, создатель Воздушно-десантных войск и бессменный,  вплоть до 1979 года,  командующий ВДВ Василий Маргелов, десятки других выдающихся профессионалов "малой войны".

И последнее, на что я прошу обратить внимание экспертов и аналитиков, это необходимость,  в рамках ОДКБ, удержания стабильности в Таджикистане, и неслучайно генсек ОДКБ, генерал Бордюжа сначала прилетел в Душанбе, а уже потом в Бишкек. Время меняется, меняются военно-политические вызовы. Вызов на западном направлении виден всем - это Украина. На южном направлении в 2014 году именно Таджикистан, а не другие среднеазиатские страны становится ключевым  государством  Средней и Центральной Азии для геополитики России, стран ОДКБ, а также для наших геополитических противников Евразийского Союза. Нам, аналитикам, политологам, журналистам пора возвращаться к советскому и евразийскому  пониманию различий между  Средней и Центральной Азией (Central and Middle Asia), чтобы четко очертить границу исключительного русско-евразийского влияния. За эту черту, которая проходит по реке Пяндж (ниже она же Аму-Дарья) и по афгано-туркменской границе, мы не должны позволять проходить ничьему внешнему военному влиянию, будь-то страны южнее этой границы или международные исламисты. Понятно, что удержать Таджикистан  стабильным   в условиях, когда он становится целью дестабилизации внешних сил, можно только и исключительно совместными усилиями стран ОДКБ. У силовиков Киргизии и Таджикистана, насколько я знаю, есть это понимание. А что касается той самой объездной дороги вокруг анклава Ворух, в появлении которой категорически не заинтересованы контрабандисты и чиновники-коррупционеры двух стран, то она, безусловно, должна быть достроена в максимально сжатые сроки - Киргизская Республика имеет полное суверенное право на обеспечение транспортной доступности любого села и любого района. Контрабандисты лишатся лихих денег, а для жителей анклава Ворух ситуация лишь улучшится, когда анклав перестанет рассматриваться как перевалочный транзитный путь для разного рода контрабанды из Афганистана через Киргизию и далее в Казахстан и Россию…

Можно соглашаться с версией Александра  Собянина, можно ее отвергать, но однозначно то, что ситуация в регионе требует от властей обеих стран четкой согласованности, исключительно мирных намерений и скорейшего решения вопроса по границам. В противном случае,  даже самые серьезные прогнозы последствий «Афганистана-2014» могут оказаться скудными догадками по сравнению с реальностью.

Подготовила Мария Озмитель
Фото политологический центр "Север-Юг"
Читайте нас в Telegram, только самое важное!
Наверх