×

Предупреждение

JUser: :_load: Не удалось загрузить пользователя с ID: 64
Menu
RSS

Мы в социальных сетях:

TwitterFacebook

 

Кулак национализации

  • Прочитано 4543 раз

Национализация – последний тренд кыргызской политики. Что на самом деле должно скрываться за этим словом и чем оно отзовется для Кыргызстана? Разбираются эксперты и журналисты.

Первые - почти месяц тщательно штудировали все, что так или иначе касается этой тематики. А - вторые упорно требовали дать разъяснения, ибо слишком остро вопрос этот встал в последнее время, и заявления отдельных членов ВП о тотальной национализации напугали инвесторов до крайности. Наконец эксперты согласились озвучить свои выводы, что и сделали на пресс-сессии, организованной Институтом политики развития и Пресс-клубом Кыргызской фондовой биржи.

Главный вывод: проводимая сегодня национализация объектов не совсем, мягко говоря, вписывается в законные рамки. Но обо всем – по порядку.

Резво, однако…

Что интересно, постапрельский синдром национализации столь масштабен, что переплюнул по своим результатам все предыдущие 20 лет: тогда предпринималось всего три попытки национализировать некие объекты.

Сначала в 2001 году хотели передать в собственность государства имущество Кыргызского союза потребительских обществ и кооперативов. Спустя 6 лет, в 2007-ом, нацелились на завод «Кристалл». А еще через 2 года, в 2009-ом, заговорили о национализации еще более лакомого «Кумтора». Но все три попытки передать эти объекты в ведение государства потерпели фиаско: парламент не пропустил это дело.

Сегодня же, в условиях полнейшего хаоса, уже было издано 18 декретов: в основном, по «ненавистным» аффилированным компаниям и фирмам. Естественно, возникло, по меньшей мере, недоумение, а больше – паника в бизнес-среде. Предпринимателям хотелось знать, каковы должны быть процедуры национализации, что за правовая основа под ними, как подобные вещи происходят в других странах?

Эти вопросы и задавали главному на сегодняшний момент законотворцу Омурбеку Текебаеву, на заседании Международного делового совета. Тогда он ответил так:

- Предполагается, что будет рамочный Закон «О национализации». И по каждому конкретному случаю в интересах государства будет издаваться отдельный закон, в котором будет сказано, в каких целях изымается собственность. А порядок возмещения будет определяться в рамочном законе. Судам только предстоит выполнять этот закон, а судебных разбирательств не будет. Только разве что по стоимости.

Но это все пока только предполагается. А пока говорим о том, какая база для такого явления как национализация, имеется в Кыргызстане и что нужно корректировать в ней.

Национализация, и с чем ее едят

Итак, национализация - принудительное изъятие частной или муниципальной собственности в пользу государства в исключительных случаях, предусмотренных законом, при условии предварительного и равноценного его возмещения (не только стоимости объекта, но и убытков, причиненных этим изъятием). Она допускается только на основании принятого в соответствии с Конституцией закона "о национализации" именно этого объекта. Это, если суммировать сведения из Основного закона и из Гражданского кодекса, которые допускают принудительное изъятие собственности у граждан и органов местного самоуправления.

Где и как национализация проводится – в принципе, известно каждому. Тут и Великая Октябрьская революция вспоминается со всем последующим отвержением частной собственности в странах социалистического лагеря, и борьба Египта за независимость (с отчуждением у Великобритании компании «Суэцкий канал»), и чилийский Альенде, пытавшийся национализировать сверхприбыльную отрасль по добыче меди и, собственно, за это поплатившийся жизнью, и совсем уж недавний пример с Казахстаном, выкупившим обратно часть своих энергетических объектов. В общем, мы не одиноки. Но что мы имеем?

Всего в кыргызском законодательстве существует 11 видов принудительного изъятия собственности.

Оказалось, что эти виды предусмотрены и Конституцией, и Гражданским кодексом. Например, реквизиция в связи со стихийными бедствиями или военными действиями, национализация и т.д. Говорится о том, что изъятие происходит в исключительных случаях. И та же национализация проводится с обязательным возмещением стоимости, изымаемой в пользу государства собственности (причем стоимость определяется самим государством – согласно резолюции Генеральной Ассамблеи ООН, принятой еще в 1973 году). Но несмотря на это, существует правовой вакуум, не позволяющий проводить это изъятие на законной основе. Просто потому, что ни одним законом не прописываются обстоятельства, при которых наступает тот самый исключительный случай. Как сказал Эрик Таранчиев из Института корпоративного управления и развития, «нас ничему не научил 2005 год».

Анализ вышедших после апрельских событий Декретов о национализации показал, что слишком много проколов в них допущено, нет механизмов по их выполнению.

В частности, объявляя национализацию пансионатов, в Декрете не дается конкретного инвентаризационного номера домов, которые подлежат изъятию (следовательно, возможны претензии со стороны владельцев тех коттеджей, которые просто были построены рядом: ведь пансионаты зачастую имеют нескольких собственников). Не были соблюдены основные принципы, вроде предварительного уведомления сторон, открытых слушаний, экспертизы и приведения доказательств.

Главное требование национализации – предварительное возмещение стоимости – из всех 18-ти случаев нынешней национализации присутствует лишь в одном: по национализации завода полупроводников «Кристалл». В соответствующем Декрете есть пункт о выплате возмещения за акции такому-то гражданину по такой-то стоимости.

- Во многих случаях следовало применять гражданско-правовые и административные способы: взыскать нанесенный государству ущерб, долги по налогам, административный штраф, - комментирует Нурлан Садыков из Института конституционной политики. – Эти меры могут быть и частью уголовно-правовых мер. Конечно, чем проводить следствие, подавать иски в суд, проще национализировать объект. На первый взгляд, кажется, что затем можно выгодно продать его и пополнить бюджет государства, но социальная напряженность, упадок в экономике не позволит государству обогатиться вмиг. И опыт советской национализации не может быть взят за основу, потому что Кыргызстан признает частную собственность. И даже СССР очень быстро признал принцип быстрой и адекватной компенсации при национализации.

Самое важное, чтоб революционная целесообразность не превратила процесс национализации в будничное ремесло и не стала правилом.

О рисках

Упущения в процессе национализации, по мнению экспертов, грозят достаточно серьезным риском для Кыргызстана. Мало того, это уже отпугивает инвесторов, что больно ударит по потенциалу страны (и все попытки создать либеральную среду для предпринимательства и мягкий инвестиционный климат в одночасье рушатся вместе с рабочими местами, бюджетом, выплатой внешнего долга и всем остальным). Есть и другие угрозы.

Так, Нурлан Садыков из Института конституционной политики опасается, что непродуманность в отношении передачи пансионатов под управление Министерствами приведет к банальному расхищению имущества.

- Сделано так, что чиновник будет управлять национализированными субъектами. А какой из чиновника хозяйственник?

В этой ситуации Садыков предлагает ввести доверительное управление: отдать те же пансионаты, компании, которая давно работает с туристами, отлично разбирается в поставках продовольствия и прочих вещах.

Говорят также и о возможных исках со стороны бывших собственников, неизбежны судебно-арбитражные процессы. От того же Наделя, который теперь имеет веские основания для обращения в суд. И вполне реальна ситуация, когда начнется арест активов, находящихся за рубежом. Об этом предупредил Максат Ишенбаев, глава представительства «БанкЦентрКредит».

- Национализация АУБа проведена с нарушением процедур, - высказал свое мнение Ишенбаев. – Банк – это юридический орган со своими нормативами. И если какие-то нормативы не выполнялись, следовало сделать предписание. И если Надель отказался бы его выполнять, только потом, имея на руках все бумаги, можно было давить на него и таким образом менять положение в банке. Сейчас у человека фактически отобрали банк. И он может судиться с нашей страной.

Впрочем, Нурлан Садыков считает, что в случае подобного судебного разбирательства у Кыргызстана есть шанс выиграть дело:

- Произошла революция, связанная с узурпацией власти, и временное правительство пошло на непопулярные меры.

Но эти меры и результаты от них, по его мнению, вполне могут быть засчитаны в пользу нашей республики.

Понятно, что все попытки хоть как-то сохранить активы от вывода за границу делались в состоянии цейтнота. Отсюда и многочисленные ошибки. Однако временному правительству этот аргумент не дает права игнорировать рекомендации экспертов. Следует обратить самое пристальное внимание на минимизацию этих рисков и на приведение декретов в соответствие с международными стандартами. И как можно скорее. При этом вернуть доверие потенциальных инвесторов, которым покоя не дают бесконечные заявления одного из членов правительства то о плане национализировать по три объекта в неделю, то о передаче кыргызской стороне казахских пансионатов – в качестве мести за неудавшиеся международные переговоры или сорвавшиеся планы по поимке «денежных мешков».

Татьяна Орлова

Добавить комментарий

Наверх