Menu
RSS

Мы в социальных сетях:

TwitterFacebookYoutubeInstagram

Спецпредставитель ЕС по Центральной Азии: Мы не заинтересованы в геополитических играх в регионе

  • Прочитано 2208 раз

Эксклюзивное интервью Vesti.kg с послом Петером Бурианом

На прошлой неделе в Кыргызстан с официальным  визитом прибыл спецпредставитель Европейского Союза, посол Петер Буриан.

В ходе визита Петер Буриан встретился с президентом Сооронбаем Жээнбековым, премьер-министром Сапаром Исаковым, главой МИД, председателем ЦИК, депутатами Жогорку Кенеша и представителями гражданского общества.

В рамках этих встреч стороны обсудили сотрудничество между ЕС и КР в разных сферах, а также ситуацию в Центральной Азии.

ЕС обратил пристальное внимание на страны Центральной Азии десять лет назад, когда в июне 2007 года был принят документ «ЕС и Центральная Азия: стратегия для нового партнерства». В рамках этой Стратегии были поставлены цели развития политического диалога ЕС со странами Центральной Азии.

В 2015 и 2017 годах стратегия корректировалась и дополнялась. В частности, был усилен акцент на взаимодействии в областях безопасности и энергетики. В июне 2017 года Стратегия начала адаптироваться к принятой Глобальной стратегии ЕС – эта процедура должна завершиться к концу 2019 года. Обновленная стратегия будет синхронизирована с принятием многолетнего бюджета для поддержки региона на период 2021-2027 годов.

Корреспондент Vesti.kg встретился с господином Послом для обсуждения приоритетных направлений новой стратегии, акцентов, энергетической политики ЕС в регионе и расширении влияния ЕС в регионе.

Господин Посол, существует мнение, что предыдущая стратегия ЕС не была успешной в силу недостатка действенных инструментов и низкой заинтересованности центральноазиатских стран. Тем не менее, интерес Европы к региону не уменьшился, а, напротив, возрос. Ноябрьская встреча министров иностранных дел ЕС продемонстрировала, что организация будет заниматься теми направлениями в Центральной Азии, которые представляют для нее наибольший интерес – развитием экономики, энергетики, обеспечением безопасности в регионе. Почему акцент сделан на этих направлениях? И какова предполагаемая сумма помощи ЦА региону в рамках новой стратегии?

Когда в 2007 году мы принимали первую стратегию по региону, обстоятельства были другие. Как вы верно отметили, подход наших партнеров к региональному сотрудничеству тоже был иной. Но в течение 10 лет выработался очень хороший механизм для регионального диалога. Мы поменяли наш подход. Сегодня мы строим нашу стратегию, которая будет принята в 2019 году на основе диалога. Мы определяем наши приоритеты совместно с нашими партнерами. Так мы и подходили к обновлению стратегии в 2015 году, когда председателем ЕС была Латвия. У нас был очень широкий диалог с нашими партнерами, мы обсудили как работают программы, какие результаты они приносят для партнеров, какие направления были в предыдущей и существующей стратегии. В этой стратегии очень четко были определены приоритеты – это поддержка устойчивого развития и безопасности региона. Они очень широкие, но как их наполнить конкретными программами – это уже другое дело.

И мне кажется, эти приоритеты останутся и для будущей стратегии. Мы хотим  продолжить процесс консультаций и подготовки к новой стратегии, и  посмотреть, какие новые реалии в регионе и приоритеты партнеров, чтобы потом отразить их в стратегии. Именно с этой целью я и приехал в Кыргызстан для проведения таких двусторонних консультаций с представителями правительства, гражданского общества и частного сектора. Мы выслушали все предложения наших партнеров в таком широком составе по разным аспектам новой стратегии, как на двустороннем, так и на региональном уровне.

Что касается новой стратегии и действующей - мы пытались отразить больше специфики отдельных стран региона в наших подходах и наших программах, потому что наши центрально-азиатские партнеры имеют разные интересы. Поэтому мы отошли от такого чисто регионального подхода к более сбалансированному, где  с одной стороны, учитываем национальные специфики, но с другой - не отходим от идеи поддержки регионального сотрудничества со странами Центральной Азии. Потому что на основе нашего опыта мы верим, что это единственно возможный подход для решения таких крупных проблем, как борьба против терроризма и предупреждения радикализации, решения вызовов безопасности. Это очень важные приоритеты для региона и для нас. Другой очень важный приоритет - решение вызовов изменения климата, и третий – укрепление устойчивости региона.

Что касается финансирования, мы сейчас только обсуждаем этот вопрос. Все будет зависеть от приоритетов и нужд региона. Но мы надеемся, что в будущей стратегии ЕС,помощь не будет сокращаться или останется в рамках нынешнего бюджета, при этом, чтобы доля торговли и экономического сотрудничества, включая инвестиции наоборот увеличивалась. В нынешней стратегии мы увеличили больше чем на 50% бюджетное финансирование, что отражает интерес и обязательства ЕС в устойчивом развитии Центральной Азии.

Заключение каких долгосрочных соглашений на многосторонней и двусторонней основе планируется между ЕС и Центральной Азией?

До того, как ответить на ваш вопрос, я хотел бы отметить, что в течение имплементации нашей стратегии мы создали такую хорошую устойчивую архитектуру для регионального диалога с нашими партнерами. Это встречи министров иностранных дел, а также на уровне заместителей министров по политическим вопросам и безопасности, и потом три платформы – по верховенству права, образованию, воде и окружающей среде.

ЕС на двусторонней основе с нашими партнерами по ЦА подписаны договоры о партнерстве и сотрудничестве. Эти договоры были подписаны 15-20 лет тому назад, и мы сейчас уже смотрим на новый уровень, новое поколение этих договоров. Например, с Казахстаном в 2015 году мы подписали договор об углубленном партнерстве и сотрудничестве. И сейчас мы начали переговоры с Кыргызстаном о таком же соглашении, которое отразит новые приоритеты, и упор будет делаться на создание хорошей правовой базы для углубления партнерства и  экономического сотрудничества. Это очень широкое соглашение, которое предусматривает новые области сотрудничества по образованию, стандартам и другим сферам. Этот процесс только начинается. На будущей неделе приезжают эксперты ЕС, которые обсудят вопросы, связанные с подготовкой этого договора.

Процесс подготовки такого договорa предусматривается и с Узбекистаном. Но в будущем хотели бы, чтобы такие договоры у нас были со всеми пятью странами ЦА.

Это договоры широкого характера. Но нужно отметить, что наша правовая база развивается во всех направлениях, так что это зависит от амбиций наших партнеров, уровня нашего сотрудничества в разным областях.

Для предотвращения конфликтов в регионе ЕС предложил Инструмент поддержания мира и стабильности (ИПМС), который является основным для предотвращения кризисов и реагирования на них, а также для создания условий, обеспечивающих безопасность и стабильность. На сегодня экономическое отставание Центральной Азии усилилось, ситуация в сфере прав человека и развития демократических государственных институтов ухудшается, что в совокупности привело к распространению в регионе исламского фундаментализма и радикализма, и в целом сделало Центральную Азию менее стабильной. Каким образом ЕС планирует решать данные вызовы?

Это ваша оценка развития региона. На наш взгляд, в течение 25 лет страны региона прошли тяжелые процессы постройки государства, институтов. Конечно, страны региона по-разному решают эти вопросы. И мы рады, что Кыргызстан избрал путь строительства демократических институтов, которые похожи на институты в странах ЕС. Нам кажется, чего действительно не хватает региону и отдельным странам, так это присоединения к глобальному рынку, к транспортным путям и, конечно, стандартам, которые бы облегчили торговлю и экономическое сотрудничество.

Это как раз новое направление нашей стратегии и диалога. В Самарканде, где министры иностранных дел встречались с госпожой Могерини, Верховным представителем ЕС по вопросам внешней политики и безопасности, мы договорились, что больше внимания будет уделяться экономическим вопросам. Был определен один ключевой аспект, который очень важен для расширения экономического сотрудничества и торговли, а также интереса наших компаний и частного сектора, в особенности для рынка ЦА – это улучшение инвестиционного климата. В этом отношении все, о чем мы говорим – верховенство права, доступ к независимому правосудию, налоговый режим, таможенная система -  очень важные элементы. И мы хотим, чтобы эти элементы не решались только отдельными странами, а на уровне всего региона, который представляет довольно интересный рынок с населением около 70 миллионов человек. Чтобы этот регион представлял пространство, основанное на мировых стандартах, прозрачности и других элементах благоприятного экономического и торгового климата. Мне кажется, ваши страны двигаются в этом направлении. Конечно, мировая экономика не ждет, поэтому мы считаем, что надо ускорить процесс реформ и предлагаем свою помощь. Мы рады, что Кыргызстан и другие страны присоединились к ВТО. Со своей стороны мы предоставили очень выгодные и благоприятные условия в виде Всеобщей системы преференций плюс (ВСП+), что облегчает для Кыргызстана доступ к нашим рынкам.

Следует отметить, что ЕС имеет разные инструменты. Это, во-первых, инструмент сотрудничества по развитию (DCI), который представляет довольно крупную сумму денег. Для Центральной Азии мы на период с 2014 по 2020 годы выделили 1,2 млрд. евро на региональные и двусторонние программы. Из этой суммы для Кыргызстана выделено 184 млн. евро, и есть также другие региональные программы, как, например, программа по образованию Erasmus+ с бюджетом в 115 млн. евро и другие. Подчеркну, что этот инструмент - долгосрочный, он для поддержки устойчивого развития.

Инструмент для поддержки стабильности – это довольно новый инструмент, но он более краткосрочный. Он реагирует на разные вызовы развития, которые связаны с безопасностью стран или регионов. И этот инструмент предоставляет возможность помочь нашим партнерам или региону решать разные вызовы, обратить внимание на причины радикализации и ее упреждение. Конечно, здесь очень важна роль местных сообществ и религиозных лидеров. Это явление, которое не только опасно для вас, но и для Европы. И в этом вопросе мы находимся с вами в одной лодке. Ведь из стран ЕС тоже порядка нескольких тысяч человек воюют в Сирии. Для Кыргызстана мы предусмотрели проекты на общую сумму около 3 млн. евро на решение проблем радикализации. Выделенные средства будут направлены на программы воспитания и образования, решение социальных вопросов.

Какие конкретные шаги предусматриваются в рамках программ, нацеленных на реформирование законодательной и судебной систем в центральноазиатских государствах?

У ЕС две программы –  региональная, по верховенству права, где мы делимся нашим опытом, как мы строим институты, которые поддерживают реализацию верховенства права. В прошлом году была встреча министров, где мы пришли к единому мнению, что очень важно, чтобы принципы верховенства права были нацелены на создание благоприятной среды для бизнеса. Но здесь важна роль независимых судов и судебной системы. Эта платформа очень хорошо работает. Несколько тысяч судей и сотрудников судебных систем прошли разные курсы повышения квалификации. Для Кыргызстана, на основе договоренностей с вашим правительством, мы сфокусировались на 3-х приоритетах - верховенстве права, поддержке реформы образования и поддержке развития сельских местностей.

В рамках направления верховенства права действует программа поддержки демократии посредством укрепления избирательной системы. Мне кажется, эта программа очень успешна. Прошедшие парламентские и президентские выборы показали, что многие вопросы, которые решались в ходе реализации этой программы, помогли провести прозрачные и хорошо организованные выборы.

В рамках второй программы верховенства права осуществляется поддержка реформы системы правосудия.  Она имеет несколько этапов и очень важна для работы демократических институтов. В целом, мы надеемся, что она укрепит роль судов и их независимость, как одно из важных составных частей демократии.

В целом, направление верховенства права - очень долгосрочная работа, которая даже в наших странах занимает несколько десятилетий. На нее было выделено 37,8 млн евро.

Насколько известно, ЕС и до этого поддерживал реформу судебной и законодательной сфер. Можно ли говорить, что ранее выделенные средства были использованы эффективно?

Мы сейчас ведем анализ успешности программы по верховенству права и он еще не закончен. Конечно, нам важно, чтобы эти средства работали в правильном направлении. У нас был конкретный разговор с министром иностранных дел по этой программе. Мы четко осознаем, что это важная и сложная задача - поменять менталитет людей, работающих в судебной системе, поменять подход политиков к судам, и обеспечить, чтобы они действительно были отделены от политической власти и были независимы. Даже в наших странах эта задача не всегда решается удачно. Прямо сейчас нельзя судить насколько эффективна эта программа. Это инвестиции в будущее. Мы лишь помогаем вам своим опытом, но не можем за ваших граждан и за ваше правительство оценить и решить, работает эта программа или нет. Основная роль сегодня за вашим парламентом, который должен принять соответствующие законы, которые обеспечат независимость судебной власти.

Что касается коррупции. Я был рад услышать на встрече с президентом КР, что борьба с коррупцией – это его личный приоритет и самый важный, потому что коррупция отнимает доверие граждан, являющееся ключевым фактором развития реформ. Мы также ознакомились с вашей программой правительства «40 шагов», Таза Коом, реализация которых тоже сузит простор для коррупции в вашей стране.

Хорошо, давайте поговорим о ВСП+. Какие перспективы и нынешняя ситуация? Когда Кыргызстану был предоставлен статус ВСП+, специалисты, в частности эксперты Азиатского банка развития, делали оптимистичные прогнозы, что  Кыргызстан уже в первые годы сможет получить доход в $400 млн. Но сегодня мы видим, что уровень торговли между ЕС и странами Центральной Азии далек от потенциального уровня. И одной из причин этого являются нетарифные барьеры (фитосанитарный и ветеринарный контроль, стандарты ХАССП И ИСО и так далее), из-за которых наши предприниматели не могут экспортировать свои товары в Европу.

Система ВСП+ новая для Кыргызстана и не сразу может заработать. Здесь предоставлен очень широкий доступ и безбарьерный на рынок ЕС,  но есть стандарты, которые предполагают высокий уровень качества товаров и безопасности продуктов. Mы охраняем наших покупателей от товаров низкого качества, которые могут повлиять на здоровье наших граждан. Тут конечно еще много работы по соблюдению стандартов. И мы хотим помочь вам в подготовке специалистов по сертификации, оснащению лабораторий, расширению знаний об этой системе. Если ваши бизнесмены достигнут такого уровня сертификации товаров, это автоматически открывает доступ на любые рынки мира, не только ЕС.

Товарооборот за последний год между ЕС и КР повысился на 140 млн евро, но в этом объеме довольно маленькая доля товаров, которые попадают на рынок ЕС через ВСП+. Но в будущем эта доля будет расти с решением вопросов сертификации и качества товаров.

Насколько я знаю, интерес ЕС в регионе с точки зрения наличия здесь энергоресурсов очень высок. ЕС заинтересован в доставке энергоносителей из Центральной Азии на свой внутренний рынок. Каковы принципы и цели энергетической политики ЕС?

Конечно, регион важен для ЕС с точки зрения энергобезопасности и диверсификации энергоресурсов. Основной региональный партнер ЕС в этом вопросе – Казахстан. Но мы смотрим на другие возможности диверсификации источников, и сейчас идет процесс обсуждения использования южного коридора для доставки газа в Европу. Но все происходит на основе спроса, и в этом отношении роль частного сектора играет большую роль. Мы хотим помочь региону в вопросах энергоэффективности, внедрения новых технологий. Кыргызстан очень богатая страна на энергоресурсы, и, к примеру, можно было бы здесь строить небольшие ГЭС, которые будут напрямую доставлять энергию жителям и более эффективно использовать энергию. Как раз область энергетики, нам кажется, сможет составить очень важную часть договора об углубленном партнерстве между ЕС и КР.

С Узбекистаном и Казахстаном у нас заключены меморандумы о сотрудничестве в области энергетики. Сейчас мы хотим использовать эти двусторонние механизмы для расширения сотрудничества, сосредоточиваясь на вопросах  энергоэффективности. Прошедшая ЭКСПО в Астане послужила источником идей для регионального сотрудничества, и мы хотим поддержать эти инициативы и решать задачи, которые поставлены Парижским договором о климатических изменениях.

Можно ли говорить, что ЕС усиливает свое влияние в регионе? Это может повлиять на геополитические сдвиги в Центральной Азии между другими глобальными/региональными игроками?

ЕС заинтересован в избежании каких-то геополитических игр в регионе. Мы надеемся, что регион станет регионом сотрудничества и конструктивного влияния всех партнеров и игроков. Мы хотим внести свой вклад. Наше влияние, мы надеемся, будет расти в положительном русле. Потому что мы чувствуем, что опыт ЕС привлекателен для ваших граждан как пример региона, который смог на основе регионального сотрудничества дойти до высокого уровня процветания  и стабильности. В качестве нашего вклада мы готовы принести свои инвестиции, новые технологии и помочь региону во внедрении мировых стандартов, что поможет открыть дорогу для нашего экономического и торгового сотрудничества.

Гладис Темирчиева
Фото www

Комментарии  

# Анна 11.04.2018 20:22
То же самое они говорили украинцам.А потом поддержали и госпереворот и воров олигархов и нацизм и русофобию и падение уровня жизни и развал остатков медицины, и даже войну, ради собственных интересов они поклянутся и пообещают все, а сделают только то, что им выгодно.
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
Добавить комментарий


Наверх